Кабаргина Аксиния Игоревна, аспирант кафедры кардиологии сердечно-сосудистой и торакальной хирургии Института НМФО;
врач-кардиолог
Волгоград
Aksiniya I. Kabargina
Volgograd
Лопатин Юрий Михайлович, д.м.н., проф., зав. кафедрой кардиологии сердечно-сосудистой и торакальной хирургии Института НМФО;
зав. первым кардиологическим отделением
Волгоград
Yurii M. Lopatin, Dr. Sci. (Med.), Prof.
Volgograd
Цель: оценка навыков самопомощи и качества жизни пациентов с хроническими коронарными синдромами (ХКС). Материал и методы: в исследовании приняли участие 100 последовательно поступивших в кардиологические отделения больных со стабильной ишемической болезнью сердца (ИБС). У всех поступивших оценивались социодемографические показатели (семейный статус, уровень образования, профессия, наличие инвалидности по всем причинам, субъективная оценка дохода), качество жизни (при помощи опросников SF-36, SAQ), уровни выраженности тревоги и депрессии (шкала HADS), тип личности Д (опросник DS-14), приверженность к лечению (4-вопросная шкала комплаентности Мориски-Грина), индекс коморбидности Чарлсона, опросник способности к самопомощи The Self Care of Coronary Heart Disease Inventory. Обработка данных проводилась с применением описательной статистики, применены корреляционный и дисперсионный анализы. Результаты: тип личности Д был выявлен у 60 человек (10,2 ± 5,6) по шкале негативной возбудимости, у 59 человек (10,4 ± 3,7) — по шкале социального ингибирования. Повышенный уровень тревоги выявлен у 48 пациентов (7,6 ± 3,5), депрессии — у 49 человек (7,1 ± 3,4). Средние значения физического компонента качества жизни по анкете SF-36 составили 36,9 ± 18,7 и 45,9 ± 19,6 баллов соответственно. Ассоциированное со стенокардией напряжения качество жизни, согласно опроснику SAQ, составило по шкале ограничения физических нагрузок 48,8 ± 19,7 баллов, стабильности приступов — 49,7 ± 28,2 баллов, удовлетворенности лечением — 70,5 ± 17,8 баллов. Приверженность к лечению по шкале Мориски-Грина составила в среднем 2,5 ± 1,2 (Ме: 2, [2,4]). Способность к самопомощи по шкале А составила 61,3 ± 12,2 баллов, по шкале Б — 49,0 ± 16,2 баллов, по шкале В — 32,3 ± 14,5 баллов. В группах ХКС статистически значимые различия (р <0,05) были выявлены по шкале А и шкале Б. Значимые различия в способности к самопомощи получены среди групп пациентов, имеющих и не имеющих постинфарктный кардиосклероз в анамнезе. Заключение: способность к самопомощи и качество жизни российской популяции коморбидных пациентов с хроническими коронарными синдромами неудовлетворительны, что требует активного медицинского вмешательства и разработки инструментов для их эффективной модификации.
Aim: to assess self-care skills and quality of life in patients with chronic coronary syndromes (CCS). Material and methods: the study involved 100 consecutive patients with stable coronary heart disease (CHD) admitted to cardiology departments. All patients admitted to the clinic underwent standard examination and treatment, taken in the management of patients with CCS. Besides, we assessed socio-demographic properties (marital status, education level, profession, disability for all reasons, income level), quality of life (using SF-36, SAQ questionnaires), levels of anxiety and depression (HADS scale), type D personality (DS-14 questionnaire), treatment adherence (Four-Item Morisky-Green-Levine medication adherence scale), Charlson comorbidity index, The Self Care of Coronary Heart Disease Inventory. Data processing was carried out using descriptive statistics, correlation and variance analysis. results: type D personality was identified in 60 patients (10.2 ± 5.6) on the scale of negative excitability, in 59 people (10.4 ± 3.7) — on the scale of social inhibition. An increased level of anxiety was found in 48 patients (7.6 ± 3.5), depression — in 49 people (7.1 ± 3.4). The average values of the physical component of the quality of life according to the SF-36 questionnaire were 36.9 ± 18.7 and 45.9 ± 19.6 points, respectively. The quality of life associated with exertional angina pectoris, according to the SAQ questionnaire, was 48.8 ± 19.7 points on the scale of limiting physical activity, 49.7 ± 28.2 points for seizure stability, and 70.5 ± 17.8 points for satisfaction with treatment. Treatment adherence according to the Morisky-Green scale was, on average, 2.6 ± 1.2 (Me: 2, [2.4]). Self-care skills on the scale A was 61.3 ± 12.2 points, on the scale B — 49.0 ± 16.2 points, on the scale C — 32.3 ± 14.5 points. In groups of CCS, significant (p <0.05) differences were found on the scales A and B. Significant differences in the self-care skills were obtained among the groups of patients with and without a history of postinfarction cardiosclerosis. Conclusion: the capacity for self-care skills and the quality of life of Russian comorbid patients with CCS is unsatisfactory, which requires active medical intervention and the development of tools for their effective modification.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.