Благодаренко Анна Борисовна, к.м.н., ученое звание отсутствует; доцент кафедры внутренней медицины
Луганск
Anna B. Blagodarenko, Cand. Sci. (Med.), Associate Professor, Associate Professor of the Department of Internal Medicine
Lugansk
Ребров Борис Алексеевич, д.м.н., профессор, заведующий кафедрой внутренней медицины
Луганск
Boris A. Rebrov, Dr. Sci. (Med.), associate professor, Head of the Department of Internal Medicine
Lugansk
Блудова Наталья Георгиевна, к.м.н., доцент; доцент кафедры внутренней медицины
Луганск
Natalya G. Bludova, Cand. Sci. (Med.), Associate Professor, Associate Professor of the Department of Internal Medicine
Lugansk
Реброва Ольга Александровна, к.м.н., доцент; доцент кафедры внутренней медицины
Луганск
Olga A. Rebrova, Cand. Sci. (Med.), Associate Professor, Associate Professor of the Department of Internal Medicine
Lugansk
Цель: установить особенности изменений щитовидной железы у больных с ревматоидным артритом (РА) при наличии субклинической гипотиреоидной дисфункции (гипоСТД).
Материалы и методы: обследованы 457 больных РА. Выявлены 68 человек (14,6%), в том числе 63 женщины, с признаками гипоСТД. Все пациентки с РА и признаками гипоСТД были отнесены к I группе. Во II группу (группу сравнения) были включены 44 женщины, больные РА без гипоСТД.
Результаты: объём щитовидной железы (ЩЖ) у больных I группы в среднем составлял 11,15 см3 (мл) (LQ — 9,5; UQ — 13,2) и был достоверно ниже показателей II группы — 14,06 см3 (LQ — 13,3; UQ — 16,2) (U=780, р<0,05). При увеличении активности РА объём ЩЖ снижался в обеих группах. Однако у больных II группы указанное снижение носило характер тенденции (р >0,05), тогда как в I группе различия между показателями больных с низкой и высокой активностью приобретали статистическую значимость (U=763; р <0,05). Более того, объёмные показатели ЩЖ у лиц I группы с высокой степенью активности РА были достоверно меньше, чем во II группе. В зависимости от длительности РА отмечалось уменьшение объёмных показателей ЩЖ. Однако у лиц I группы уменьшение объёма ЩЖ с 14,6 см3 при длительности РА до 6 лет до 8,9 см3 при продолжительности >10,5 лет было статистически значимым (p <0,05), тогда как у больных II группы эти изменения носили характер тенденции (p >0,05). Более того, объём ЩЖ у лиц I группы оказался меньше, чем у больных II группы со значимой разницей у больных с длительностью РА от 6,5 до 10 лет (p <0,05). Изучение взаимосвязи отдельных показателей больных РА с гипоСТД показал, что на развитие гипоСТД у больных РА влияют длительность артрита (kKW = 8,86, р = 0,003), наличие и возраст начала менопаузы (kKW = 4,23, р = 0,039; kKW = 6,36, р = 0,012 соответственно), объём ЩЖ (kKW = 8,0, р = 0,0046), а также серопозитивность (наличие ревматоидного фактора) (kKW =13,1, р<0,001).
Заключение: проведённое исследование показало обратную зависимость объёма ЩЖ от активности и продолжительности РА, что с учётом высокой связи с серопозитивностью может свидетельствовать об едином аутоиммунном характере системного воспаления, проявляющегося как РА, так и гипоСТД, или о коморбидности данных заболеваний, что требует обязательного и динамического контроля состояния ЩЖ у больных РА.
Objective: to establish the changes of thyroid gland in patients with rheumatoid arthritis (RA) in the presence of subclinical hypothyroid dysfunction (hypoSTD).
Materials and methods: 457 patients with RA were examined. 68 people (14.6%) were identified, including 63 women (13.5%), with hypoSTD. All female patients with RA and hypoSTD were assigned to Group I. Group II (comparison group) included 44 women with RA without hypoSTD.
Results: the thyroid gland (TG) volume in patients of group I averaged The volume of the thyroid gland (TG) in patients of group I averaged 11.15 cm3 (ml) (LQ — 9.5; UQ — 13.2) and was significantly lower than the values in group II —14.06 cm3 (LQ — 13.3; UQ — 16.2) (U=780, p<0.05). With an increase in RA activity, the TG volume decreased in both groups. However, in patients of group II, this decrease was of a tendency nature (p >0.05), whereas in group I, the differences between the values in patients with low and high activity acquired statistical significance (U =763; p<0,05). Moreover, the volumetric TG indices in individuals of group I with a high degree of RA activity were significantly lower than in group II. Depending on the duration of RA, a decrease in the volumetric TG indices was noted. However, in patients of group I, the decrease in thyroid volume from 14,6 cm3 with RA duration of up to 6 years to 8,9 cm3 with duration >10,5 years was statistically significant (p <0,05), whereas in patients of group II these changes were of a tendency nature (p >0,05). Moreover, the thyroid volume in patients of group I was smaller than in patients of group II with a significant difference in patients with RA duration from 6.5 to 10 years (p <0,05). A study of the relationship between individual parameters of RA patients and hypothyroidism showed that the development of hypothyroidism in RA patients is influenced by the duration of arthritis (kKW = 8,86, p = 0,003), the presence and age of menopause (kKW = 4,23, p = 0,039; kKW = 6,36; p = 0,012, respectively), thyroid volume (kKW = 8.0, p = 0.0046), as well as seropositivity (the presence of rheumatoid factor) (kKW = 13,1, p<0,001).
Conclusion: the study showed an inverse relationship between the volume of the TG and the activity and duration of RA, which, given the high connection with seropositivity, may indicate a single autoimmune nature of systemic inflammation, manifested by both RA and hypothyroidism, or the comorbidity of these diseases, which requires mandatory and dynamic monitoring of the thyroid gland in patients with RA.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.