На сегодняшний день новая коронавирусная инфекция всё больше рассматривается не только в контексте поражения бронхолёгочной системы, но и как причина формирования постковидного синдрома (ПКС) — патогенетически многофакторного состояния, характеризующееся остаточными явлениями или появлением новых симптомов после перенесённого COVID-19, которые не могут быть объяснены другими причинами [1–3]. Известно, что ЖКТ служит органом-мишенью для SARS-CoV-2 [4][5]. Среди пациентов с COVID-19 с высокой частотой регистрируются желудочно-кишечные симптомы (абдоминальная боль, диарея, тошнота), которые, согласно результатам ряда клинических исследований, встречаются в 10–60% случаев [5–7]. К гастроэнтерологическому ПКС целесообразно относить симптомы поражения ЖКТ, продолжающиеся (возникшие) после 4-й недели от манифестации COVID-19 при доказанной элиминации вируса из респираторного тракта [3]. Установлено, что COVID-19 может прямо или косвенно воздействовать на патофизиологические процессы в кишечнике, которые на сегодня рассматриваются в качестве основных звеньев патогенеза синдрома раздражённого кишечника (СРК) — кишечный микробный дисбаланс, нарушение проницаемости кишечного барьера, воспаление слизистой оболочки низкой степени интенсивности, иммунная дисрегуляция и психологический стресс [8][9].

Перенесённый инфекционный процесс достаточно часто рассматривается в качестве причины развития СРК у пациентов. Однако большинство исследований посвящены изучению особенностей течения постинфекционного СРК после перенесённой кишечной инфекции, вызванной бактериальными возбудителями. Вирусная инфекция в качестве триггерного фактора формирования кишечного расстройства изучена недостаточно [8].

Пандемия COVID-19 направила поиск учёных на изучение роли витамина D в патогенезе коронавирусной инфекции и влияние обеспеченности данным микронутриентом на тяжесть симптомов заболевания. Витамин D выполняет иммуномодулирующую функцию и играет важную роль при различных бактериальных и вирусных инфекциях. Существуют биологические факторы, связывающие витамин D с цитокиновой бурей, которая может привести к наиболее тяжёлым последствиям COVID-19, таким как острый респираторный дистресс-синдром [10]. Учитывая важную роль витамина D в патогенезе инфекционного процесса, актуальным является изучение его роли при ПКС. Исследования, изучающие обеспеченность витамином D пациентов СРК, перенёсших COVID-19, на сегодняшний день не проводились.

Цель исследования — провести анализ обеспеченности витамином D пациентов с синдром раздражённого кишечника различной этиологии.

Обследованы 148 пациентов с СРК с преобладанием диареи в возрасте от 20 до 62 лет, которые были разделены на две группы (104 (70,3%) женщины44 (29,7%) мужчины).

В I группу вошли 88 больных с СРК, у которых на основании клинико-лабораторных и рентгенологических результатов обследования была диагностирована новая коронавирусная инфекция. В дальнейшем в соответствии с действующими на момент заболевания клиническими рекомендациями по COVID-19 им было проведено лечение, было достигнуто клинико-лабораторное выздоровление.

Во II группу вошли 60 пациентов, у которых расстройство было индуцировано воздействием стресса: проживая на территории Донецкой Народной Республики вблизи активных боевых действий, больные подвергались постоянной опасности для жизни.

Группу контроля составили 30 относительно здоровых людей, которые не имели острой инфекционной патологии, обострения хронического заболевания, а также гастроинтестинальных симптомов.

Сравниваемые группы не имели статистически значимого уровня различий в распределении больных по возрасту и по полу (p>0,05).

Диагностика СРК основывалась на Клинических рекомендациях Российской гастроэнтерологической ассоциации и Ассоциации колопроктологов России (2022) [11]. СРК диагностировали при наличии рецидивирующей боли в животе, возникающей по меньшей мере 1 раз в неделю, которая была связана с дефекацией или изменением частоты или формы стула. При этом в исследование были включены пациенты с СРК с преобладанием диареи: пациент сообщал, что у него отмечается преимущественно 6–7 тип кала по Бристольской шкале. У всех больных, принявших участие в исследовании, отсутствовали «симптомы тревоги».

Для оценки степени тяжести абдоминального болевого синдрома была применена простая описательная шкала интенсивности боли, при помощи которой больной самостоятельно характеризовал наличие абдоминального болевого синдрома: отсутствие боли, лёгкая, умеренная, сильная, очень сильная, невыносимая боль.

У всех обследованных пациентов был изучен уровень обеспеченности организма витамином D путём определения 25(ОН)D (кальцидиола) в сыворотке крови хемилюминесцентным анализом на микрочастицах (CMIA) количественным методом с использованием теста ARCHITECT 25-OH Vitamin D. Исходя из концентрации кальцидиола в сыворотке крови, адекватный уровень витамина D определяли как его концентрация более 30 нг/мл, недостаточный — 21–30 нг/мл, дефицит — менее 20 нг/мл.

Перед обследованием все участники были проинформированы о характере клинического исследования. Исследования проводились после получения информированного согласия на участие в нем у участника.

Проверка нормальности распределения количественных признаков проводилась с применением Колмогорова-Смирнова. Изучаемые количественные признаки имели распределение, отличное от нормального, в связи с чем они представлены в виде медианы (Ме), 25-го и 75-го перцентиля (1-й и 3-й квартили, Q1 и Q3). Для оценки статистической значимости различий между группами определяли следующие параметры: количественные показатели, две независимые группы — метод Манна-Уитни; статистическая значимость отличий при сравнении полученных средних качественных показателей оценивалась при помощи критерия хи-квадрат с учётом поправки Йейтса. Различия между выборками признавали достоверными при уровне значимости ошибки р < 0,05.

Анализ степени тяжести абдоминального болевого синдрома, как основного клинического проявления СРК, позволил установить значительные различия между группами по данному признаку. Так, пациентов I группы наиболее часто беспокоила сильная абдоминальная боль (51 (57,9%) больной), что было статистически значимо (р < 0,001) чаще относительно II группы (16 (26,6%) пациентов). В свою очередь во II группе превалировали пациенты с умеренной степенью тяжести абдоминальной боли (25 (41,6%) случаев), что было достоверно (р < 0,01) больше относительно I группы (15 (17,0%) больных). В соответствии критериям включения диарея отмечалась у всех обследованных пациентов. Обращало внимание наличие симптомов верхней диспепсии у большинства пациентов I группы (62 (70,5%) больных), что было статистически значимо (p < 0,01) выше относительно II группы (34 (56,7%) пациента). Наиболее частым среди сопутствующих диспепсических симптомов у обследованных пациентов с СРК была тошнота, жалобы на которую в I группе предъявляло статистически значимо (р < 0,05) большее количество обследованных (48 (54,5%) больных) относительно II группы (19 (31,6%) случаев). Кроме того, в I группе достоверно чаще (р < 0,05) регистрировались жалобы на наличие боли или жжения в эпигастральной области относительно пациентов II группы (42 (47,7%) и 18 (30,0%) больных соответственно).

Анализ обеспеченности витамином D пациентов, страдающих СРК, показал преобладание больных со сниженным уровнем данного микронутриента.

Так, в группе контроля снижение уровня кальцидиола в сыворотке крови обнаружено у 5 (16,7%) обследованных. Среди всех пациентов с СРК низкая обеспеченность витамином D была обнаружена у 91 (61,5%) больных. При этом в обеих группах пациентов с СРК частота недостаточной обеспеченности витамином D была достоверно выше относительно группы контроля. Так в группе I снижение уровня сывороточного кальцидиола установлено у 63 (71,6%) пациентов, что было статистически значимо (р < 0,001) больше относительно группы контроля, а во II группе — у 28 (46,7%) больных (р < 0,01). При этом установлен статистически значимый уровень различий (р < 0,01) по частоте возникновения низкой обеспеченности витамином D между I и II группами (табл. 1).

Анализ значений концентрации кальцидиола в сыворотке крови пациентов обследованных групп показал, что в обеих группах пациентов с СРК медиана изучаемого показателя была ниже относительно соответствующего показателя группы контроля. Так, в I группе медиана кальцидиола составила 21,5 [ 13,5; 32,1] нг/мл, что было статистически значимо меньше относительно II группы —(32,9 [ 14,5; 37,6] нг/мл (р ˂ 0,05)), а также относительно группы контроля (35,1 [ 32,7; 38,6] нг/мл (p ˂ 0,001)) (табл. 2).

Анализ гастроинтестинальных симптомов среди обследованных пациентов показал, что для больных с СРК, перенёсших новую коронавирусную инфекцию, характерно развитие более тяжёлой клинической симптоматики со стороны относительно пациентов, у которых расстройство было вызвано влиянием длительного стресса, связанного с военными действиями в регионе. В ходе проведённого исследования нами было проанализирована обеспеченность пациентов, страдающих СРК, в зависимости от причин возникновения расстройства — постинфекционный генез, связанный с перенесённым COVID-19, или классический СРК, который был вызван воздействием стресса. Установлено, что для пациентов с СРК характерна сниженная обеспеченность витамином D, что подтверждает результаты ряда иностранных клинических исследований [11][12]. Нами впервые была изучена обеспеченность витамином D пациентов с СРК, у которых расстройство развилось после перенесённого COVID-19. Было выявлено, что более низкие показатели сывороточного кальцидиола встречались достоверно чаще у пациентов с СРК, ассоциированного с COVID-19, относительно пациентов с СРК, индуцированного стрессом. Данные нарушения в обеспеченности витамином D могут играть определенную роль в патогенезе СРК, влияя на иммунные реакции и проницаемость слизистой оболочки кишечника, у пациентов с ПКС. На основании полученных в исследовании данных, определение уровня сывороточного кальцидиола целесообразно для пациентов с СРК, ассоциированного с новой коронавирусной инфекцией. Результаты исследования подчеркивают необходимость изучения вопроса о том, может ли приём препаратов холекальциферола снизить выраженность симптомов СРК, учитывая противовоспалительный и иммуномодулирующий эффект витамина D. Нормализация обеспеченности витамином D пациентов с постковидным СРК может статья эффективной стратегией терапии расстройства.

Таким образом, для пациентов с СРК с преобладанием диареи характерным является наличие недостаточной обеспеченности витамином D. При этом данный дисбаланс в большей степени характерен для пациентов, у которых СРК развился на фоне перенесённой новой коронавирусной инфекции. Следует предположить, что низкая обеспеченность витамином D пациентов, которые перенесли COVID-19, возможно, является одним из факторов, оказывающим влияние на тяжесть симптомов СРК. Полученные результаты исследования диктуют необходимость оценки эффективности проведения дополнительного приёма холекальциферола пациентами с СРК, что особенно может быть актуальным для бальных с постковидным гастроэнтерологическим синдромом и, возможно, может отразиться на динамике клинических симптомов расстройства.

Финансирование. Исследование не имело спонсорской поддержки.

Конфликт интересов. Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.